0b4267a2

Корф Андрей - Однажды В России



Андрей Корф
ОДНАЖДЫ В РОССИИ
* * *
Гена открыл чемодан. Вынул бутылку водки и жареную курицу, завернутую в
газету. Потом закрыл чемодан и поставил его вниз, под полку. Бутылка и
курица остались на столе. Снаружи, на перроне, остановился бомж и поглядел
на бутылку с тоской. Он глядел на нее, пока мимо не прошли два
милиционера. Один из них что-то сказал бомжу, и бомж зашаркал дальше. Он
выглядел так, что мысли о еде пропали у Гены начисто. А мысли о водке
заняли в голове все свободное место.
Экран окна пустовал недолго. По нему проехал носильщик, навьюченный
доверху. За носильщиком просеменила тетка-наседка, по виду - челночница. С
другой стороны пробежала красивая девушка. У нее был распахнут плащ, а в
руке зажат билет и паспорт. На ее плече болталась некрасивая дорожная
сумка.
Гена закрыл глаза и представил девушку в платье с декольте. На хрупком
плече был виден розовый след от ремня сумки. Он улыбнулся и открыл глаза.
Девушки не было, вместо нее по перрону прошли трое пьяных ребят в
камуфляже, следом за ними - семейная пара с двумя детьми и лоточник с
хотдогами и собакой на поводке запаха.
Он перестал смотреть в окно и взглянул на бутылку. Это была пол-литровая
бутылка "Столичной", налитая почти до горлышка. Ее поверхность была
круглым озерцом размером с советский железный рубль, и по тому, что она
чуть заметно качнулась, он понял, что поезд тронулся. Тогда он снова
посмотрел в окно.
Мимо прошла череда лиц. Некоторые люди махали руками, некоторые шли следом
за поездом. Кто-то плакал, кто-то смеялся, кто-то говорил на языке жестов.
В толпе мелькнуло лицо прежнего бомжа. Он узнал бутылку через окно и
сделал то же выражение лица, которое было у других провожающих.
Длинная платформа Казанского вокзала, наконец, закончилась. Начались танцы
рельсов и ленивый перестук колес. Спустя бесконечность мимо проплыл первый
столбик с километровой отметкой.
Он закрыл дверь в купе и стал переодеваться в спортивный костюм. В длинном
узком зеркале мимоходом отразился длинный узкий человек. Человек в
пиджаке, потом человек - в рубашке, потом голый по пояс человек в брюках с
ремнем, чтобы не спадали. Потом человек куда-то уехал, а вместо него
появилась красивая девушка с некрасивой сумкой и сказала:
- Ой. Извините...
В ее глазах ясно успели прочитаться неловкость и раздражение на
переодевающегося, который не закрывает двери на замок. После чего дверь
захлопнулась снова и в зеркале снова отразился длинный узкий человек в
брюках с ремнем, чтобы не спадали. Он улыбнулся, торопливо надел домашнюю
рубашку и открыл дверь. Девушка стояла у окна, отвернувшись. Ее сумка
загораживала весть проход.
- Проходите, пожалуйста. Извините.
- Ничего... - она протиснулась в купе и огляделась в поисках своего места.
- Вам помочь?
- Нет, спасибо. - это было сказано довольно резко, потому что она уже
увидела бутылку водки на столе и сразу приготовилась держать оборону.
- Как скажете... - он вышел из купе и встал у окна.
Девушка за его спиной подняла нижнюю полку и затолкала туда свою уродливую
сумку. Он не оглядывался. Проводник, похожий на гоблина, шмыгнул во второе
купе за билетами. Больше в коридоре никого не было. Осенний будний день
оставил поезд полупустым.
Гена стоял у окна и провожал глазами изнанку Москвы - все эти полустанки,
тупиковые переулки, руины заводов и складов. При взгляде
на все это водки захотелось еще больше. Он развернулся и зашел в купе.
Девушка читала книгу, забившись в угол своей полки. На столе с



Назад