0b4267a2 раскрутка видео и. | видеочат знакомства онлайн |

Короленко Владимир Галактионович - Федор Бесприютный



Владимир Галактионович Короленко
Федор Бесприютный
Из рассказов о бродягах
I
Пешая этапная партия подымалась по трактовой дороге на "возгорок".
По обе стороны дороги кучки елей и лиственниц взбегали кверху
оживленной кудрявой зеленью. На гребне холма они сдвинулись гуще, стали
стеной тайги; но на склоне меж дерев и ветвей виднелась даль, расстилавшаяся
лугами, сверкавшая кое-где полоской речной глади, затянутая туманами в
низинах и болотах...
Вечерело. На землю налегала прохлада; кругом все как-то стихло,
темнело, заволакивалось синевой, и только кусок широкой дороги меж зеленью
елей и лиственниц весь будто шевелился, кишел серыми арестантскими фигурами,
звенел кандалами.
Партия растянулась почти на версту. Арестанты разбрелись по сторонам,
избегая дорожной пыли, которую взбивала главная масса, двигавшаяся по
тракту. Впереди всех, в голове отряда, шли кандальные; телеги с женщинами,
детьми и больными перемешались с пешеходами. По опушкам придорожной тайги
слышались голоса, хотя и не особенно оживленные. Партия шла вольно; солдаты
частью спали в телегах, свесив оттуда ноги в сапогах бураками, частью же
мирно беседовали друг с другом, беспечно покуривая на ходу "цигарки" из
простой бумаги с махоркой; офицера совсем не было видно. Партия шла на слово
старосты Федора, по прозванию "Бесприютного"...
Голова партии дотянулась уже до вершины холма. Федор Бесприютный взошел
туда и, остановившись на гребне, откуда дорога падала книзу, окинул взглядом
пройденный путь, и темневшую долину, и расползшуюся партию. Затем он
выпрямился и крикнул арестантам:
- Ну, подтягивайся, ребята, подтягивайся! Недалече уже! Хлестни
лошадей, подводы! Хлестни лошадей... Близко!..
Под влиянием этого окрика партия зашевелилась быстрее.
Из кустов выбегали арестанты, телеги встряхнулись, и сапоги бураками
заболтались на рысях в воздухе.
Серые разбросанные кучки, оживлявшие дорогу, стягивались в одну плотную
массу, которая катилась кверху, туда, где, рисуясь на холодевшем небе,
виднелась фигура высокого сгорбленного человека.
II
Обок дороги шел по траве молодой человек, одетый не в арестантское, а в
свое собственное платье. Уже это обстоятельство выделяло его из остальной
серой массы: его клетчатые брюки, запыленные ботинки, круглая шляпа
котелком, из-под которой выбивались мягкие белокурые волосы, синие очки -
все это как-то странно резало глаз, выступая на однообразном фоне партии.
Но, помимо этого, фигура была несколько странна: молодой человек в круглой
шляпе шел ровным шагом, выступая немного по-журавлиному, как ходят люди,
выработавшие свою походку в кабинете. Теперь он, видимо, сознавал, что он
уже не в кабинете, и прилаживал свой шаг к ходу партии. Ему это удавалось, и
он был доволен, что сказывалось во всей его фигуре. Он не просто шел, а как
бы свершал нечто важное, и это сознание придавало всей солидно и широко
шагавшей фигуре оттенок неотразимого комизма. Черты его лица были тонки,
губы легко складывались в какую-то нервную, несколько кривую, но все же
очень добрую улыбку. Но синие глаза всегда глядели серьезно, задумчиво, а
высокий лоб придавал верхней части лица характер спокойной, ничем
невозмутимой мысли.
Его отношения к партии тоже были отмечены характером двойственности и
противоречий. "Барину" полагалась подвода, но он ею никогда не пользовался,
и партия завладела телегой для своих надобностей. Его присутствие как будто
игнорировалось, но вместе с тем, когда чудной барин подходил к кому-нибудь
одно



Назад