0b4267a2

Коротеев Николай - Перевал



Николай Коротеев
Перевал
Очень не понравилось механику Лютову предложение Павла Сергеевича
Сидорова, начальника одной из мехколонн на строительстве Байкало-Амурской
магистрали.
"Конечно, дело почетное, - рассуждал Лютов, - быть командиром колонны
бульдозеров, которые протащат по бездорожью на перевал экскаватор "Ковровец".
Даже славное дело. И денежное - само собой..."
Но слишком живыми оставались в душе механика воспоминания о первом,
осеннем походе по этому пути. Наломались - ладно, привычная вещь. Но ведь едва
не попали под лавины. Правда, сейчас весна, но коли запуржит, тоже ой как
солоно придется.
И непонятно было, почему Пал Сергеевич не приказывает, а просит...
- Какой я начальник? - морщась, протянул Лютов. Хитрые глазки его исчезали
меж пухлых, ярко-красных щек, с которых недавно слезла шелуха обмороженной
кожи, и нависших кустистых бровей. И тогда на всем лице Лютова главенствовал
тоже ярко-красный нос сапожком, чрезвычайно подвижный, даже выразительный,
можно сказать.
- Я-то думал обрадовать тебя повышением, а ты носом крутишь.
- Кручу, Пал Сергеевич, кручу. С детства за мной эта особенность водится.
Все ребята смеются, а вы меня в начальники.
- Договорились вроде, а ты снова за старое,- улыбнулся Павел Сергеевич,
откинувшись к стенке вагончика. Закуток за небольшим канцелярским столом был
мал для дородного, одетого в телогрейку начальника мехколонны. Павел Сергеевич
вроде бы маялся: то налегал на столешницу, то откидывался к стене.- Только
время теряем, Лютов.
- Да я пришел к вам пять минут назад! - лицо Лютова вытянулось, и на
Сидорова глядели округлившиеся небесного цвета глаза.
- А сколько я сам с собой спорил, прежде чем пригласить тебя? Не знаешь?
Лютов рассмеялся и спрятал глаза:
- Кто бы с вами спорил да носом крутил, если б асы пошли! Я и рядовым бы
согласился.
- Ишь ты, нерпа байкальская! Абориген нашелся. Я-то тебя, когда ты в
сосунках да салагах ходил, взял с собой бить зимник к перевалу! - Сидоров
оторвался от стены и налег всем телом на столик, который вроде хрустнул от
напора.- Взял!
- Так это вы! - Лютов снова вытаращил на начальство круглые глаза.
- А меня год назад на Байкальскую трассу Перемогин согласился взять.
Так-то! Не боги горшки обжигают.
- Это у него получается,..- кивнул Л ютов и перевел взгляд с начальства за
оконце вагончика-конторки. Там, за расчищенной поляной, нестерпимо искрящейся
снегом, раскинулся урман, таежная глухомань, над которой в отдалении
вздымались горные оснеженные увалы на фоне ясного неба. Склоны их выглядели
гладкими. Наст прикрыл морщины распадков и каменистых круч, ровненькими
выглядели конусы. Навела зима на них камуфляж.
- Чего ж замолчал? - нетерпеливо спросил Сидоров.
Шмыгнув носом-сапожком, Лютов продолжал смотреть в оконце, словно
прикидывал что-то.
Павел Сергеевич знал: Лютов любил и погримасничать, и прибедниться. Да
ведь это мелочь по сравнению с его целеустремленным упрямством, выдержкой и
сметкой рабочего человека, которую он проявил при прокладке на перевал
злополучного зимника. Злополучного, собственно, лишь потому, что Сидорову- вот
как он сам теперь Лютову - поручили пробить зимник по крокам старой тропы,
оставшейся от изыскателей БАМа, работавших здесь еще в начале тридцатых годов.
А на исходе ноября они по стуже, прохватившей землю и реки, мари и топи
высоких болот на склоне, доставили к перевалу, к началу будущего тоннеля,
горное оборудование. Предполагалось, что раньше следующей зимы экскаватор на
пер



Назад