0b4267a2

Косенков Виктор - Безрассудство



Виктор Косенков
Безрассудство
"Богу все равно!" К. Воннегут
Туман белесым одеялом облегает тело. Мелкие капли, словно медитируя,
висят в воздухе, а одежда промокла и противно липнет к телу. Плащ, слов-
но мертвый, тяжело давит на плечи. Положение хуже не придумаешь.
Тир, тяжело дыша рассеянной в воздухе влагой и выставив вперед меч,
бесшумно, или почти бесшумно, пробирался вперед сквозь заросли и осто-
рожно обходил возникающие словно из небытия деревья. Воспалившаяся ступ-
ня напоминала о себе при каждом шаге. Тир всхлипнул и остановился пере-
вести дыхание. Позади были почти два часа беспрестанного бега, и Тиру,
непривыкшему к подобным испытаниям, постоянно казалось, что его сейчас
просто вывернет наизнанку и он оставит свои горящие легкие под каким-ни-
будь кустом. Прохлада тумана, в который Тир угодил по чистой случайнос-
ти, немного выручала, но сердце до сих пор с удручающим постоянством
содрогалось в районе кадыка. Уже около получаса Тир блуждал в белых по-
темках не в силах успокоить дыхание. Ему уже начало казаться, что весь
мир состоит теперь из однородной массы висящих в воздухе капель. Понево-
ле становилось страшно. Впрочем страх этот был сродни облегчению, кото-
рое даруется неведением. Хотелось верить, что кроме Тира и тумана в мире
нет никого и ничего, нет Воинов Единого Бога, что гнали Тира, как волки
зайца, нет лесных бродяг, которым Тир обязан своим спасением, но от ко-
торых он был вынужден бежать, чтобы избежать чести быть разорванным о
жертвенное дерево, нет магов, нет воинов, нет мерзавцев, нет духов, до-
мовых, оборотней и суккубов. Никого нет! Кроме Тира и тумана.
Не верилось. Почему? Потому что разодранный бок только-только начал
зарубцовываться, потому что левая рука, вывернутая на дыбе, двигается
медленно словно во сне, потому что на спине, под плащом, выжжено клеймо
приговоренного к смерти в день Летнего Возвращения Единого, потому что
молчит всегда говорливый Рассудок... Да полно, было ли это? Рассудок -
вечно недовольная душа человека, полюбившего суккуба и проданная своим
же сыном в рабство, был ли он? Наверное, был... А значит был побег, по-
гоня и муки... Тир остановился и осторожно опустился на землю. Его била
нервная дрожь, а память медленно, словно смакующий свои ощущения садист,
начала возвращаться назад, к началу...
...серый плащ развевался от невидимого ветра за плечами Тира.
- Отец...- прохрипел Ранк.
- Привет, сынок, - невозмутимо произнес Рассудок.
Теперь Тир мог только следить за событиями со стороны. Он видел, гла-
зами Рассудка, как пересекались потоки энергии, направляемые рукой про-
фессионала, как плелись в воздухе заклинания и как сталкивались Слова.
Видя все это, видя, как уверенно Рассудок ведет наступление и как легко
оперирует с реальностью, Тир не мог не восхититься его искуством и уров-
нем мастерства. Тир был восхищен. Но он был и напуган. Напуган той
мощью, которая таилась в нем и вдруг, в единочасье взяла власть над его
собственным телом. Страх пришел словно извне. Ведь до этого момента Тир
абсолютно доверял Рассудку и, даже почувствовав внутренние изменения, не
испугался. Но сейчас... Сейчас все было иначе.
- Жалкий бастард, - процедил сквозь стиснутые зубы Рассудок. - Ты ум-
решь и даже не узнаешь почему.
- Скотина... - голос Ранка звучал, как сквозь слой ваты - Все на что
ты способен - это заниматься развратом с нечистью. Потому что ни одна
нормальная женщина не согласилась бы делить свое ложе с тобой.
Вместо ответа Рассудо



Назад