0b4267a2

Костылев Валентин - Питирим (Человек И Боги - 1)



Валентин Иванович КОСТЫЛЕВ
"Человек и боги" - 1
ПИТИРИМ
В основе сюжета романа известного писателя В. И. Костылева (1884
- 1950) - описание действительных исторических событий, имевших место
в Нижегородском крае в начале XVIII в., в эпоху Петра I, когда
началась решительная ломка патриархальных устоев старой России,
борьба светской власти и официальной церкви против раскольнического
движения. В центре произведения - образ нижегородского епископа
Питирима, верного проводника политики царя.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
I
Дышали тихие полдневные ветры, и ласточки прилетали из теплых краев.
Великим многоводием двинулись в Волгу лесные речки.
Ликовали орлы.
- Птица и та своим крылом красуется, а мы, сироты, будто зверь в
норах, прячемся, хоронимся от людей, - плакались старцы. Керженские
скитожители не чувствуют солнца. Под спудом тяжелого раздумья они.
Возвратился из Нижнего Нова-Града, из кремля, старец Варсонофий и
привез за пятью печатями грамоту от епископа Питирима, а в той грамоте -
"помяни, господи, царя Давида!" - крепко-накрепко приказано поспешить
ответами на сто тридцать архиерейских вопросов.
Уж год будет, как впервые прислал свои вопросы лиходей-епископ. Ищет
повода он, чтобы вторгнуться в керженские леса, обрушиться на мирных людей
древлего благочестия.
Не дает епископ покоя: требует! Варсонофия старца, по его словам, в
кандалы хотел заковать. Человек привез челобитную, просил отсрочки
ответов, а он - в тюрьму. Отпустил кое-как, с оговорками. "Не доведите
меня до понуждения - хуже будет", - сказал он, а это знак: теперь так и
жди.
А ведь коснутся скитов - зацепят и другие сословия. В лесах
заволжских прячутся не только "ревнители древлего благочестия", а и многий
другой народ. С давних пор ютится он здесь, в глуши, гонимый властями.
Некоторые преследуются за неприятие "новин", за бунт против неволи,
спасаются от начальства беглые люди - колодники, ратные молодцы; доживают
свой век седовласые упрямцы из разинского войска, состарившиеся наедине со
своей неизжитой мечтой; хоронятся и беглецы-гвардейцы, и поднявшие недавно
голос против царя лысковские бобыли, и прочие. Не только раскол тут
причиною.
Расползлись беглецы по лесам: кто - в скитах, кто - в деревушках и
глухих починках, по островам и берегам Керженца, Ветлуги и Усты, кто - в
пещерах, словно кроты. Промышляют рыбною ловлей, бобровыми гонами,
лебединою охотою, зверобойничают многие и плавят леса на низы Волги.
А теперь - горе всем! Хищник с кремлевской горы нацелился на эти
места.
Сто тридцать вопросов! Да каких! Всю свою ученость показал царский
холоп. Ишь ты, придумал! Недаром старцы сбились с толку. Не отвечают.
Притворился такой лисой - любезно, почтительно: "Прошу вашу премногую
любовь, славы ради божия, общия ради пользы"... А кто поверит? Так и знай:
китайская мудрость пущена в лес неспроста, а ради соблазна людей, чтобы
смущение посеять и изловить на ответе, да и к бунту то приравнять.
А если взять да не ответить? Тогда и того хуже. Такие дела бывали.
Кто не являлся на споры с попами, то и того пытали и казнили, как за
татьбу*. Это известно.
_______________
*аТааатаьабааа - разбой.
Что делать?
Сам диакон Александр растерялся.
И вдруг вспомнили: "Пресвятая владычица, совсем запамятовали! А
Денисов?!"
На Керженце появилась мудрая голова из олонецких лесов, из
Выгорецкого скита поморской церкви, "знаменитый член, муж ученейший,
высоких талантов, твердого духа и дивной памяти", славный писатель "Андрей
сын Денисов". Отпр



Назад