0b4267a2

Котенко Олег - На Берегу Зеленого Моря, У Подножия Желтых Гор



Олег КОТЕНКО
НА БЕРЕГУ ЗЕЛЕНОГО МОРЯ, У ПОДНОЖИЯ ЖЕЛТЫХ ГОР...
Автор выражает глубокую благодарность
ВЛАДИСЛАВУ КРАПИВИНУ - за прекрасные,
добрые книги; побольше бы таких книг;
ЮЛИЮ БУРКИНУ - за тексты песен, которые
я, правда, разместил в книге без его
ведома; надеюсь, он простит мне это;
ВЛАДИМИРУ ВАСИЛЬЕВУ - за моральную
поддержку и дельные советы.
НАЧАЛО. ВСТУПЛЕНИЕ.
В сказочном светлом детском сне
Ждут тебя мельник, портной и шарманщик,
Ждут приключенья и встречи, но раньше
Звезды бенгальские вспыхнут в окне...
Мельник тебе покажет, как делать муку
из ветерка,
Это для сдобы против злобы, чтобы
Каждому по три кулька.
Будет портной без лишних слов ткать кружева
из облаков
И из надежды шить одежду, между
Прочим теплее мехов...
И закружится метелью бал-маскарад,
Тысячи огней-гирлянд,
И чтоб с милой принцессой ты мог танцевать
Шарманщик будет играть...
Видишь, в окне овал луны
Нам улыбается мягко и грустно?
Спи-засыпай, торопись, потому что
Взрослым не снятся волшебные сны...
Время пришло, пробил наш час, кончился бал,
но и сейчас
Старый шарманщик, слышишь, как и раньше
Где-то играет для нас
Сказочный вальс.
Юлий Буркин "Колыбельная на Новый Год"
Он шел домой, как всегда, уставший и разбитый. Мечтал только об
одном: как сейчас придет, как снимет опостылевшие ботинки, ляжет на диван
и ничего не будет делать...
Чертыхнувшись, он поменял ключ: всегда путал ключи от верхнего и
нижнего замков. В мыслях переигрывал прошедший день. И как он умудряется
работать среди таких сволочей? Евгений Дмитриевич, ну пожалуйста, ну вы
же лучший специалист... Пропадите вы все пропадом! Сорок лет всего, а уж
на работе уважать начали. Рановато. Душой он чувствовал, что уважение не
притворное, не видимость, и от этого становилось еще противнее.
Дочь сидела на стуле, судорожно комкая окурок в пепельнице. Вот,
зараза!
- А я думаю, куда это мои сигареты деваются... - проворчал он,
стремясь стать в позу. Но не выходило. На самом деле Евгений ничего не
замечал, тюфяк.
- Да ладно, пап, мне ж уже...
- Сколько? - сорвался он. - Ну? Сколько? Дура ты!
- Да ты чего? - она выпучила глаза.
- Рот закрой! С отцом разговариваешь! Ладно, мать тебя манерам не
научила, откуда ей знать - всю жизнь по мужикам бегала. И ты туда же?
В шлюхи записалась?
- Как ты смеешь!
- Смею! - он чувствовал, как свинцовая тяжесть подкатывает к лицу
изнутри. Вот, уже уперлась в кожу, давит, давит... - Смею!
Она демонстративно схватила сумочку и направилась к двери - он и
не думал вставать на дороге. Пусть чешет. Куда пойдет? Все равно домой
приковыляет... Ему стало тошно от мысли, что он ее отец, что не смог
воспитать как человека, что просто не способен на это. Что не подал личного
примера, что женился на такой стерве, какой была ее мать. Пускай идет...
Зазвонил телефон.
- Алло...
- Жень, ты? Узнал? Слышишь, приезжай, у нас тут все. Хочешь,
Танюшка на машине подъедет? Она непьющая.
- Не хочу.
- Ну, тогда своим ходом - дольше ж выйдет!
- Приезжать не хочу.
- Да ладно тебе. У Сереги сегодня день рождения, забыл что ли?
Обидеть хочешь? Короче, через двадцать минут ждем. Давай.
- Оглох?! - крикнул он в трубку. - Не хочу, сказал!
- Жека, чего это ты? - оторопело спросили на том конце.
- Пошел нахрен...
Он бросил трубку, рванул за телефонный провод. Потом несколько
секунд смотрел на медные кончики. Упал на кровать, уставился в окно. Там
густел вечер, бело-красный зимний вечер. Холод. Сплошной холод, что на
улице, что дома...



Назад