0b4267a2

Котенко Олег - Падение



Олег КОТЕНКО
ПАДЕНИЕ
Разбудил меня стук в дверь. В наружную дверь, что ведет на
лестничную площадку. И стук был знакомый. Стучали не так, как стучат,
когда не работает звонок. Стучали кулаком и, видимо, с сильным размахом.
- Заявился...
Переборов себя, я поднялся с дивана и направился к двери. Открыл
свою, в перегородку. Снаружи послышалась возня и невнятный мат. Думал
подождать, пока пришелец угомонится, но тот колотил с еще большим усердием.
Звонко щелкнул замок.
Некоторое время я созерцал качающегося и тупо смотрящего на меня
соседа, потом спросил:
- Ну? Чего? Тебе за каким хреном ключи дают?
- Да-а! - промычал тот в ответ. - Ключи, б..! На... мне ключи!
Я взял соседа за шиворот и завел в перегородку, направляя головой
к его двери, но он отмахнулся и повернул свою морду ко мне. "Все, сейчас
начнется..."
- Я этой ..... не хочу! - с надрывом в голосе принялся мычать
сосед. - Я жить хочу, пон... понимаешь?
- Скорей бы ты сдох, - пробурчал я в сторону и потянулся к
выключателю. Сосед намека не понял.
- Подожди! - взвыл он. - Я этой ..... не хочу! Я жить хочу-у!
Последнее "у-у" получилось у него какое-то скуляще-жалобное,
вот-вот пустит горькую проспиртованную слезу.
- Не хочу этой .....! - продолжал выть сосед. - Жить хочу!
Потом положил мне на плечо широкую шахтерскую ладонь, опустил
голову и уже промычал уже спокойнее.
- Быдло я.
Хлопнул ладонью по плечу - сначала моему, потом по своему и,
наконец, ушел в квартиру. Через пару минут оттуда донесся крик, подобный
заводскому гудку, если сравнивать интонации: "Ма-ать!" Но его я услышал
уже из квартиры, из-за наглухо запертой двери. Хорошо, если спать упадет,
а если нет - мать будет тарабанить уже в мою квартирную дверь и умолять
вызвать милицию. Милиция если и приедет, то только к следующему утру, а
к тому времени она уже преисполнится готовности перегрызть глотку любому,
кто скажет кривое слово в сторону ее сыночка.
И не удержался от улыбки, вспомнив, как вышел утром из дому и
встретился с ней. Пошаркав взглядом по площадке и заметив несколько окурков,
брошенных сверху, она начала причитать: "Вот, что за жизнь такая, кругом
алкоголизм и наркоманИя!" Хотел было сказать: "А давно ли всей семейкой
квасили? Давно дед твой от этого загнулся - даже хоронить как положено
не стали!" Хотел да не сказал. Потом такое по двору пойдет, что спокойно
в подъезд не зайдешь.
...Я захлопнул книгу и с сожалением поставил ее на полку. Сколько
ждал отпуска, сколько нервов намотал на руку, пока он, наконец, наступил,
а он, сволочь, все так же под диваном пылится. В соседней квартире еще
полемизировали на тему десятки, которая уже "х.. знает какая подряд", но
с явной усталостью в одном и во втором голосе. Скоро _этот_ скомкает в
широкой шахтерской ладони желанный червонец и отправится заливать нашептанное
дворовыми бабками горе. А мать еще долго будет зыркать на меня. И еще -
она всегда, при любой возможности, стоит за дверью и слушает. Приходят
же друзья, выпиваем, разговариваем, а она слушает и несет потом во все
тот же двор. Иногда такое зло берет, что, кажется, взял бы да так саданул
бы по маковке, чтоб язык-то не распускала...
Забулькал и пустил струю пара чайник. Установившееся было спокойствие
прорвал истошный бабский вопль. Я лишь обреченно вздохнул - такое случается
примерно раз в неделю. Тут же грохнула отброшенная в сторону наружная
дверь. "Рома, дай ему, дай ему!" - орала Мать, а Сынок, видимо, мутузил
Рому, что живет этажом ниже. Я отхлебнул



Назад