0b4267a2

Крапивин Владислав - Ампула Грина



ВЛАДИСЛАВ КРАПИВИН
АМПУЛА ГРИНА
Роман о песчинках Времени
Аннотация
Благодаря восстановленному монархическому строю в новой Империи преодолены экономический и социальный кризисы. Правда, первый всенародно избранный император погиб при странных обстоятельствах, а нового до сих пор не избрали. Зато есть Регент и его чиновники, ведущие народ Империи к процветанию.
Чтобы механизм общественной машины вертелся без скрипа, надо вовремя избавляться от попадающего внутрь мусора. И перед властью встаёт вопрос: а не являются ли мусором Империи те, кого нельзя назвать полноценными членами общества — неизлечимо больные и беспризорные дети, инвалиды, одинокие пенсионеры? Не удалить ли их из механизма во имя прогресса и блага социально полноценных граждан Империи?..
Но не все жители страны согласны с мнением властей. Об их борьбе против чудовищного проекта повествует новый роман классика русской фантастики, лауреата многих литературных премий Владислава Крапивина, произведения которого уже более пятидесяти лет не оставляют равнодушными читателей всех возрастов.
— Девушка, будьте добры, одно место до Инска.
— Такого населённого пункта нет!
— А… ну да, разумеется. Но всё-таки один билет, пожалуйста.
— Сорок два рубля тридцать копеек… Три гривенника поищите, у меня для сдачи нет мелочи…
Разговор у кассы пассажирских катеров
ПЕРВАЯ ЧАСТЬ
ПЛИТКА БАБЫ КЛАВЫ
ГЛАВА 1
Катер мягко прижался к дощатому причалу. При этом он сплющил бутылку из-под пепси, которая подпрыгивала в замусоренной воде. Валерию даже послышался пластиковый хруст, и он пожалел бутылку, будто раздавленную рыбу.

Впрочем, тут же он забыл о ней: у скамьи оказался матрос Вова — клочковато-рыжий, в клоунском беретике и с деловитым лицом (похоже, что ровесник Валерия).
— Тебе ведь надо было в Инск? Ну, вот…
— Это — Инск? — сказал Валерий, глядя на торчащую сквозь пристанский настил осоку.
— Он самый. А что?.. Или тебе всё-таки в Ново-Заторск? Тогда лучше на другую пристань, это через десять минут. Доплачивать не надо…
— Н-нет… Видимо, мне всё-таки сюда… — Валерий выдернул из-под скамьи курсантский чемоданчик, шагнул на две сколоченные поперечинками доски, которые Вова выволок с борта на пристань.
Больше никто здесь не сходил (да и вообще пассажиров почти не было). Вова тут же уволок доски на палубу. Валерий по-американски — ладонь козырьком к правой брови — отдал матросу честь. Тот охотно откликнулся — приложил два пальца к беретику.

Катер отвалил. Бутылка снова запрыгала на взбаламученной воде — она округлялась, пытаясь обрести прежнюю форму (видимо, на что-то ещё надеялась). «Молодец, — сказал ей Валерий. — Люди должны брать с тебя пример».
После этого он повернулся к городу.
Города не было видно. Он прятался за кромкой высоченных откосов. Среди укрытых зеленью уступов, провалов, обрывов и округлых мысов зигзагами подымалась деревянная лестница.
До лестницы было с полсотни шагов. Её нижнюю площадку отделяла от воды береговая полоса, покрытая то песком и гравием, то островками лебеды и мелкой ромашки. На этом пространстве тянулись в несколько рядов рыжие от ржавчины рельсы.

Среди шпал росли лопухи, зацветающий иван-чай и даже тоненькие клёны.
За рельсами стояло обшитое досками коричневое здание. Длинное и приземистое. Кленовая поросль и богатырские репейники укрывали его до середины окон.

Здание украшали башенки и флюгера. А на торцовой стене, подтверждая, что Валерий прибыл к месту назначения, белела облупленная эмалевая вывеска со старомодными буквами: IНСКЪ. Впрочем, на



Назад